Даята №21

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

В давние времена, когда Меани предавался размышлениям, его супруга Висари не знала, как найти подход к своему мужу. Изо дня в день все её ухаживания отвергались, к каким бы способам она не прибегала, дабы привлечь его внимание. Возмущенная отсутствием ответного влечения она стала искать ласки других, но рок тяготел над ней. Любой объект её желания терпел фиаско еще до погружения в йони.

Это продолжалось изо дня в день и, мужчины начали избегать Висари. Ей пришлось обратиться за помощью к риши Гурнаньянди. Хотя и жил он на расстоянии двух дней пути от её дома, в храме Дурги, преодолела бедная женщина полный страхов и опасностей путь и, наконец, достигла ворот мудрости.

У входа в храм перед её взором возникла Сарасвати, которая улыбаясь предупредила, , что риши, выслушав просьбы Висари, будет предлагать ей в подарок: знание будущего, ожерелье привлекательности или кисть. И, в зависимости от того, чего она хочет в будущем, пусть и возьмёт то или иное. При этом богиня рекомендовала взять кисть...

Как она сказала, так молодая женщина и сделала, чем несказанно удивила мудреца. Покинув обитель, она задумалась, что же делать с кистью, и, ничего не придумав, решила предоставить себя судьбе в надежде на мудрость богини.

Возвращаясь домой на первый день пути Висари остановилась в пещере и обнаружила лист бумаги и краски. Долго она размышляла над тем, что бы это значило, но не нашла ответа. Под шум крыльев летучих мышей женщина постепенно потеряла восприятие окружающего. Внезапно,  возникающие перед ее глазами образы стали настолько ярки и чётки, что в порыве нашедшего на неё озарения Висари схватила кисть, подаренную мудрецом и начала зарисовывать их на найденном листе. Боги и герои прошлого, демоны и карлики словно рождались её кистью. Различные миры во всем их великолепии и развитии возникали один за другим...

Сколько на это ушло времени - не знает никто, но внезапно выйдя из состояния забытья женщина увидела зарисованные ею наблюдаемые видения и снова впала в удивительное состояние. И опять неведомая сила водила её рукой.

В таком состоянии пролетели ещё десять дней и ночей. Ни с чем не сравнимый экстаз, казалось, поглощал Висари всю без остатка, истощал все её силы, но приносил ни с чем не сравнимое блаженство.

Казалось, что единовременно все ласки, которые она не испытала, вся близость, в которой она так нуждалась возникли сразу и обрушились на нее, полностью истощая и одновременно насыщая всю её страстную натуру. Она рисовала и рисовала, а лист непонятным образом на следующий день вновь оказывался чистым, но это не удивляло её, а наоборот, помогало творить вновь и вновь.

На двенадцатый день вновь её взору предстала Сарасвати, забрала из её рук чистый лист бумаги и кисть, провела рукой по листу, словно встряхнула с него белую пыль и перед взором пораженной женщины возникло всё то, что ею было создано.

Я хочу тебя наградить за проделанную работу, - сказала богиня, - твоей кармой было предписано, преодолев все мучения, создать божественные полотна, ведущие к просветлению. Твой муж будет оказывать тебе всё то внимание, которого тебе так не доставало. А теперь прощай.

О, Великая, - взмолилась Висари, - не надо мне его внимания, у него свой путь, я испытала всё, о чем только может мечтать женщина. И прошу тебя только об одном, позволь мне оставить у себя хотя бы одну из картин, дабы, созерцая её, я могла достигнуть Освобождения.
Богиня оценила мудрость женщины.

Хорошо, - сказала она и вновь провела по листу рукой, и всё, что было нарисовано приняло форму янтр, - этим я смогу обезопасить её от взоров глупых и от посягательств  злых и недостойных.

«Но как же мне теперь разобраться  в этой картине?» - огорчилась женщина.

«Ом тат дхани кхеча омкани», - произнесла богиня, и вновь ожила картина...

«Бхувас Шива Ом», - и появилось на ней действо прошлого, настоящего и будущего. Вот я и дала тебе ключ к познанию её, - сказала Сарасвати и исчезла.

Молодая женщина взяла испещрённый знаками лист, кисть и вернулась обратно в обитель мудрости, где и предавалась остаток своей жизни размышлениям, познанию тайн бытия, а когда она достигла освобождения и покинула этот бренный мир, изменившая её жизнь картина так и осталась в храме Дурги, помогая ищущим достигнуть просветления в этой жизни.